great_trifles (great_trifles) wrote,
great_trifles
great_trifles

Таргариены: Вера против Политики (14)

14. Загадки второго года: фанатики, претенденты и самолеты.

С первого взгляда 43 год - повторение предыдущего. В очередной раз мятежные лорды пробуют на зуб короля. Мейегор снова дает им битву - и опять выигрывает, причем безусловно. Вообще за ним проигранных сражений нет, что наводит на определенные мысли. Товарищ, может, и не Суворов, но полководец явно талантливый. Опять же с обязанностями десницы при брате тоже как-то (пусть даже советуясь с мамой) справлялся. Так что сделаем важную оговорку: если Мейегор дурак дураком, когда дело доходит до женщин и отданной женщинам политике, это не значит, что мы всерьез считаем его вариантом Горы, то бишь олигофреном, находящимся, к общему несчастью, не на своем месте. Висеньин сын вояка умелый и даже, видимо, неглупый. А что из наивного, сильного и вообще военного парня бабы, начиная с мамы-генеральши, делают идиота и вертят им как хотят, так это с наивными, сильными и даже военными, увы, случается.

Но вернемся к тому, где все так, да не так, как раньше. Для начала, Божье Око - вовсе не продолжение Горького Моста и Большого притока Черноводной. Хотя бы потому, что у Мейегора не тот же самый противник, что в 42 году. Тогда претензии к Короне имели Хайтауэры и те, кто с ними, то бишь два ордена - Честных Бедняков и Обеспеченных Военных, плюс определенное (видимо, немалое) количество горячих голов из земель Талли и Ланнистеров. Однако на Божьем Оке Хайтауэров не может быть по определению. Ибо гремит огнем, сверкает блеском стали и находится на знамени мятежников та ветвь семьи Таргариенов, которую Ватикан-Старомест не приемлет в принципе.

Огласим весь список резких телодвижений со стороны Веры.

1. Брак Эйегона и Рейены был не принят до такой степени, что Мармизона, который сам в инцест ни с кем не вступал, а всего-то провел ритуал, разорвали на куски, причем, обратите внимание, его собственная паства.

2. В конце 41 г. (а у нас сейчас год 43, т.е. всего год с небольшим прошло времени) папа парочки кровосмесителей едва не погиб в собственной спальне, после чего был вынужден со всей семьей бежать из столицы.

3. Сами же кровосмесители, отправившиеся по стране а-ля Мороз-воевода обходить владенья свои, уже в начале 42 г. вынуждены ховаться за крепкими стенами Кракехолла - надо думать, не от восторгов своего фан-клуба.

В общем, Хайтауэры конкретно гонят на потомков Эйениса. А вот с Висеньей и ее могучим потомком совсем не против договориться. Даже когда оный потомок месяц не встает с койки, попыток со стороны Хайтауэров договориться с Эйегоном-младшим и его сестрой-женой не замечено. Что очень логично. Конечно, теоретически можно сделать финт ушами и заявить: дорогой товарищ Тито, ты теперь наш друг и брат, нам сказал Хрущев Никита - ты ни в чем не виноват. Почему бы нет. Но тогда своим ручным фанатикам (каковых весьма много, и оружием они обеспечены) следует доступно объяснить причины поворота оверштаг. Конкретно в 43 г. возбужденные, вооруженные и отведавшие крови массы следует убедить, что одна кака в семействе Таргариенов очень сильно хуже двух других. А потому все встаем и идем воевать (не просто дружить на расстоянии, но именно на войну, плечом к плечу) под знаменами сына Скверны, женатого на дочери Скверны. Но ведь фанатики - люди с ригидными мозгами и в качестве политического оружия крайне неудобны тем, что подобные перепады переносят с большим скрипом. Если переносят вообще.

Правда, во время коматозно-мейегорного кризиса у Хайтауэров на поворот оверштаг был всего месяц. А между разгромными событиями года № 42 и выступлением Эйегона против дяди в году № 43 времени явно прошло побольше. Допустим, год плюс-минус. Достаточно ли этого для перемены объекта ненависти со стороны фанатиков? Особенно если учесть, что до разгрома на Большом притоке вести работу по перемене объекта ненависти вряд ли будут? К тому же учтем, что Мейегор сторонников Веры очень неплохо повыкосил, а у тех, кого недовыкосил, очень неплохо потоптался по фанатизму самолюбию.

Яндель общо намекает, что, дескать, погибель Мейгору принесло как раз сплочение Святой Веры и собственной Мейегоровой семьи. Но это, во-первых, Яндель. А во-вторых, в 43 г. никакой погибели Мейегору от сплочения Хайтауэров и Таргариенов не приключилось. Более того, погиб как раз мятежный племянник-Таргариен. Святую же Веру Мейегор качественно втоптал в землю в следующем, 44 г. Союз Хайтауэров с Таргариенами, бесспорно, существовал, но документирован заметно позже и с группировкой совсем иного принца-Таргариена, Джейехейриса (тут вспоминается бессмертное "в остальном все правильно" армянского радио).

Нет, конечно, может быть, в 43 г. Вера и состояла в союзе с осквернителем-сестроженцем. Однако оное сильно нелогично - да и доступные нам хроники не отмечают присутствия сил Веры при Божьем Оке. А почему бы не отметить, если они там были - за год до и через год после никто их присутствия на полях сражений с Короной не скрывает?

Отложим пока этот вопрос, тем более что на фоне другой загадки он кажется сильно второстепенным. Были или не были верующие при Божьем Оке - непонятно, но Эйегон-младший там точно был.

А, собственно, почему? Нет, понятно, что прекрасному принцу по должности положено выходить на смертный бой против дяди-узурпатора. Но все-таки. На что рассчитывает данный конкретный принц, имея под седлом терапевтического серебряного Квики? В то время как у Мейегора, на минуточку, Черный Ужас Балерион. Закройте глаза и честно ответьте на вопрос: лично вы верхом на Квиксильвере рассчитывали бы на победу над всадником Балериона? И, пожалуйста, не учитывайте тот случай, когда Квиксильвер под седлом опытный и закаленный в боях, а у всадника есть план (как он был у порочного принца Дейемона на Караксесе в битве против одноглазого Эйемонда на Вхагар). Берите ситуацию такой, какая она есть: и для Квики, и для Эйегона бой при Божьем Оке первый в карьере. Откройте глаза и прочтите правильный ответ: в честном бою Квиксильверу не победить Балериона ни при каких обстоятельствах. Вот если бы Балерион был сильно больной. Или Мейегор - очень пьяный. Или с земли велся бы массивный обстрел Балериона из "катюш" катапульт (причем крайне точный - чтобы, упаси боги, вас с Квики не задеть).

Или если бы Квиксильвер в воздухе был не один, а, допустим, в компании Пламенной Мечты.

И это - вторая большая загадка битвы при Божьем Оке. Почему, если уж неравное сражение состоялось, оно настолько неравное, что смахивает больше на героическое самоубийство? Где вообще шляется Рейена, которая, между прочим, не просто старше мужа, но имеет куда больший летный стаж? Эйегон оседлал Квиксильвера не раньше, чем умер Эйенис. А Рейена со своим драконом знакома с колыбели. Пусть даже Пламенная Мечта заметно моложе и, наверное, мельче Квиксильвера, все равно - в схватке с Балерионом два молодых дракона шанс имеют, а один молодой дракон и один молодой баран - никакого.

Но если появление Рейены у Божьего Ока дает претендентам шанс на победу, почему Рейены там нет? И что там без нее забыл стопроцентный смертник-Эйегон? Причем стопроцентный смертник не только он, но и, на минуточку, драгоценный Квиксильвер. Самоубийство по принципу "умру красиво и останусь в легендах, а вы все урыдаетесь, слушая песни про меня"? Нет, ну понятно, что в славном возрасте Эйегона-младшего (напомним, в диапазоне от 15 до 19 лет) и не до такой глупости додуматься можно. Но тогда хотелось бы понять, что довело парнишку, воспитанного активной мамой в духе "ты и только ты король всея Вестеруси, и все и вся в твоей жизни ради того!", до этого по-настоящему резкого телодвижения. Рейена изменила, бросила, забеременела от гостеприимного хозяина-Ланнистера и вообще отказалась драться за корону? Как-то мало верится. Хотя бы потому, что Рейена сама воспитана активной мамой в аналогичном духе. И еще вопрос, кто в супружеской паре претендентов более честолюбив. Поскольку жена старше, первенец и, между прочим, единственная среди детей Эйениса драконовсадница. То бишь особенная, единственная, неповторимая и заслуживающая высшей власти.

Попробуем понять на основе имеющихся данных, каковы отношения Эйегона и Рейены. Была там любовь или не было, непонятно. Что было точно, так это предпосылки для зависти и соперничества. Закройте глаза и представьте, что вы - накрученный мамой весь такой царственный принц, заслуживающий исключительно трона и общего преклонения. А ваша сестра, старше не то на год, не то на пять, смотрит на вас не иначе как с высоты своей жизненной умудренности, а главное - с высоты своего личного дракона. Которого у вас, о ужас, нет. Откройте глаза и закройте снова. Теперь вы Рейена, вся такая таргариеновски прекрасная собою, при этом самый что ни на есть первенец поколения, обожаемая папой, который подарил вам, единственной из всего немалого выводка, дракончика. Вы не какой-нибудь там безлошадный брат, вы - гордая наездница Пламенной Мечты, и равны вам средь всего дома Таргариенова лишь истинно великие типа папы, дяди и двоюродной бабушки! Но на Железном Троне сидеть не вам, но брату, который даже дракона не удостоен. И все потому, что у него есть не мозги, не дракон, но всего-то навсего член.

Неплохой задел для большой и крепкой дружбы.

Может быть, именно поэтому Рейена и бросила Эйегона на верную смерть, как дошло до дела? Или это он ее бросил и решил стать королем сам один такой прекрасный? Нет, второй вариант отметаем сразу, потому что еще помним несложное ментальное упражнение "на что мне рассчитывать верхом на Квики против сурового дяди на Балерионе". Без Рейены Эйегону-Джуниору трона не видать. А если так глуп, что сам не понимает, те из лордов, кто на него рассчитывает, подскажут и заставят.

Так, но, может быть, с Эйегоном договорились Хайтауэры, и он ради союза с ними сделал вид, что незнаком порвал с женой, перевоспитавшись и покаявшись / изобразил разрыв? Увы, тоже не работает. И по той же самой причине. Что толку для Эйегона в получении дополнительных наземных сил, если он сам с гарантией из боя не вернется? Потому что, как мы помним, с одной стороны молодой и терапевтический Квики, а с другой ветеран и вообще Ужас, Летящий На Соответствующих Крыльях.

Как ни кинь, а выходит, что сторонников Веры при Божьем Оке не было. Да и зачем привлекать лишние сущности, если и без них все очень логично? У Короны не один враг, а как минимум два, причем объединиться они не в состоянии (возможно, умные политики при троне этому помогают как могут). Вот Корона и бьет врагов поочередно с неизменным успехом. В прошлом 42 г. Хайтауэры пытаются справиться с Мейегором сами. У них не выходит. Так что в нынешнем 43 г. они, сильно потрепанные, сидят тихо. Наступает время бить претендента на трон - Эйегона Таргариена, внука Эйегона Таргариена (для чего, думается, так и назван - а вообще об именах детей Алиссы хорошо бы поговорить подробно, что мы и обещаем сделать в отдельном лирическом отступлении). В следующем 44 г. Хайтауэры будут уже не в состоянии идти на вы, а Мейегор, напротив, явится, аки Ганнибал, к воротам Рима. О покойном к тому времени Эйегончике все к тому времени забудут - не до него. Разделяй и побивай, как-то так.

Зачем же Эйегон, который пока жив, лезет на Мейегора, если всем, выполнившим предложенное выше простое ментальное упражнение, ясно, что Эйегон в этом случае будет жив недолго? Все же примем вариант, что он совсем дурак в одиночестве и без маминого чуткого руководства поехал крышей под давлением обстоятельств, как триста лет спустя Визерис? Но там парень один против всей махины-жизни, даже сестра еще маленькая. У Эйегона же рядом не только лорды-союзники (в конце концов, и лорды, и особенно союзники очень разные бывают), еще и бдительная Рейена, которая и постарше, и поопытнее. И уж как-нибудь проследит, чтобы мелкая бестолочь брат-муж ради себя героического в песнях не оставил ее молодой вдовой, не имеющей, как мы помним, при всех мозгах, первородстве и драконе мелочи - пениса права на Железный Трон при двух младших братьях.

Ибо вот она, как на ладони, причина, которая не даст Рейене бросить брата-мужа, сколь бы напряженны ни были между ними отношения. При живом Эйегоне Рейена - потенциально королева Вестероса. Без него она в лучшем случае мать детей Эйегона, которых поди еще посади на Железный трон. И то - если родится мальчик. А если будет девочка (как мы знаем, родились даже две), Рейена вообще никто. Права на престол благополучно переходят от старшего сына Эйениса к среднему, Визерису.

Так что в интересах Рейены всячески способствовать тому, чтобы Эйегон оказался на Железном Троне (потому что только в этом случае она расположится рядышком). А если вдруг добрым словом убедить Джуниора Рейене не удастся, она вполне может убедить добрым словом и пистолетом драконом.

Но, может быть, у Рейены нет дракона? Поэтому она и не участвует в битве при Божьем Оке (что ей там без дракона делать) и не может убедить Эйегона-джуниора не лезть куда попало? Тем более что после гибели мужа вдова никуда не летит, ни на что не претендует и даже не бежит за море, а сидит с детьми на Светлом Острове, всячески стараясь не отсвечивать, чтобы спецслужбы Мейегора не нашли. А когда все-таки находят, Рейена с дочками-близняшками кротко отправляется в столицу на милость дяди-победителя, вместо того, чтобы пожечь драконьим пламенем агентов Тианны в крупный пепел и гордо и свободно улететь куда-нибудь подальше.

Так что у нас есть загадка Эйегона-младшего, загадка Рейены, а теперь еще и загадка их обоих. А именно - когда они оба воссоединились со своими драконами и как, черт возьми, им это удалось.

*продолжение следует*
Tags: anna_y, c_a_r_i_e, Мир Льда и Огня
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments