great_trifles (great_trifles) wrote,
great_trifles
great_trifles

Таргариены: Вера против Политики (28)

28. Вместо заключения.


История как таковая всегда продолжается. Что в жизни, что у Мартина.

Истории тем не менее должны иметь конец с точкой или на худой конец многоточием. Автору следует если уж не провозгласить мораль, то хотя бы подвести итоги. "Германн сошёл с ума. Он сидит в Обуховской больнице в 17-м нумере, не отвечает ни на какие вопросы и бормочет необыкновенно скоро: "Тройка, семёрка, туз! Тройка, семёрка, дама!.."

Итак.

Не подлежит сомнению, что Рейенис официально к жизни не вернулась. Тело ее, в полном соответствии с хрониками, в Гавани больше никогда не бывало. Зато оказалось на Драконьем Камне (а зачем бы еще туда, теряя тапки, рванул Завоеватель), где и находилось какое-то время. Когда же его, так сказать, покинула душа, оно, тело, на Драконьем Камне и упокоилось. Из последней повести мы даже точно знаем место погребения - ибо Мейегор "распорядился сжечь тело своей матери, захоронив прах и кости подле ее брата и сестры".

Другой вопрос, сколько там после плена было тела и сколько в теле осталось разума. В любом случае дух сломлен, ибо в сражение, именуемое жизнью (и уж тем более ту его часть, которая именуется политикой), Прекрасная Королева не вернулась. В худшем варианте после плена у дорнийцев с их чемпионатами по пыткам от Рейенис мог остаться безумный обрубок. Но, пожалуй, все не так плохо.

Начнем с того, почему Эйегон так решительно и бесповоротно поверил письму. Ведь узнаваемых локонов, колец и ушей из конверта вроде бы не выпадало. Без участия Рейенис в написании письма картинка никак не складывается. Конечно, Нимор мог в письме предложить Эйегону лично встретиться с восставшей из мертвых сестрой. Ну а дальше у нас товар, у вас купец, вы нам мороженое мир - а мы вам цветы бабу. Однако предъявлять человеку на самолете заложницу на достаточном для проверки личности расстоянии как-то рискованно. Можно больше не увидеть ни заложницы, ни человека, ни самолета. И диктовать текст мирного договора придется головешкам.

Посему мы за тот вариант, где в письме сообщаются сведения, известные только Рейенис. И совершенно логичным со стороны Эйегона будет проверить написанное от имени сестры. Соответствующая случаю маргиналия выглядит примерно так: "Милый братик, пишу тебе из горящего танка я, любимая сестренка. Чтобы ты поверил, что это и вправду я, зайди в мою детскую комнату в нашем старом замке и подними третью половицу от южной стены. Там ты найдешь дневник и на пятой странице прочтешь, кто разбил то яйцо, которого родители недосчитались, когда нам было по восемь лет. Только Висенье не говори, а то запилит совсем".

Конечно, наличие в письме секретных сведений, которые могла знать только Рейенис, вовсе не значит, что она жива вот конкретно сейчас сию минуту. Может, она их выдала на последнем издыхании, прижатая Мераксес к брусчатке двора Пекла. А может, разговорилась в подвалах запасного логова Уллеров, или там мартелловские переговорщики над нею поработали, и с тех пор Прекрасная Королева успела надеть деревянный костюм. Но тут мы сразу возразим, что со стороны Мартеллов совершенно не политично выдвигать фигуру для того, чтобы тут же ее сшибить. Ну, запросят они, будем говорить откровенно, мира в обмен на Рейенис. Ну, обещают им драконы мир. Однако на этом месте выяснится, что заложница живой возвращена быть не может по уважительной причине, ибо померла. Итак, если мир не только подписали и объявили, но и длительное время соблюдали, значит, у Мартеллов есть чем меняться с учетом долгосрочной перспективы.

Но, быть может, Яндель прав, и Таргариены заключают мир в обмен на обещание дорнийцев прекратить мучения Рейенис? Вряд ли. Логически рассуждая, почему, вернув сестру (или отключив ее от аппарата ИВЛ и порыдав у закрытого гроба), драконы не возобновили войну, дабы отомстить за страдания несчастной в плену? Ну или хотя бы Уллеров не искоренили? Какие у Нимора были гарантии, что Эйегон будет выполнять условия мирного договора достаточно долго чтобы принцесса Дерия успела вернуться в Солнечное Копье? Оставим на совести Янделя намеки, что Нимор, дескать, тюфяк тюфяком. Лучше посмотрим, как ситуация выглядит из Дорна со стороны: дорнийское посольство очень вежливо (а оттого еще более обидно) вернуло Таргариенам останки их непобедимого бомбардировщика, сообщило свои условия и удалилось, получив все желаемое по списку. И ни у кого мысли не мелькнуло, что Таргариены могут и рассердиться на такую наглость. Вообще-то драконам тоже надо сохранить лицо, и раз уж Рейенис не вернуть, можно сохранять лицо с особой жестокостью.

Конечно, Нимор мог с отчаяния играть ва-банк. На что рассчитывать самому малонаселенному королевству Вестероса, основные поселения которого вместе со скарбом, припасами и не успевшими спрятаться людьми последние три года планомерно выжигают до материка? Правда и то, что у Мартеллов и Таргариенов есть какая-то история закулисных отношений. Достаточно ли ее, чтобы стороны поверили друг другу на слово до оформления документов? Сложно сказать. Давайте поставим вопрос так: если драконы дали Дорну мир, который Дорн хочет, значит, драконы получили то, ради чего вели войну. Но в хронике нет информации о том, как Таргариены объяснили заключение мира. То есть, договорившись с Дорном без предъявления общественности внятной причины, Корона вынуждена нести неслабые репутационные потери (мы думали, вы крутые, а вы под Дорн прогнулись!). Далее следуют предположения общества о том, какая из угроз дорнийцев в Том Самом Письме напугала драконов так, что они поджали хвост и уползли в нору. Скверная ситуация.

Понятно, насколько важным должно в данном случае быть личное.

Подведем промежуточные итоги. От разума Рейенис по-всякому осталось достаточно, чтобы написать, продиктовать или хотя бы сообщить факты для убеждения братика. А от тела - достаточно, чтобы братик ее узнал и не воспылал желанием по примеру Ориса вернуть долг с процентами. Меланхолически заметим, что претензии к Висенье из разума что пленницы, что ее братика, никуда не девались (скорее, вот уж где за время плена проценты наросли). В общем и целом Рейенис не в такой плохой форме, раз уж Висенья и Эйегон не просто зачли Мартеллам услугу и подписали мирный договор, но соблюдали его до конца царствования Завоевателя. И даже дольше - поскольку после смерти Эйегона явно не Эйенис начал войну с Дорном первым.

Жалко ли Рейенис? Конечно, жалко. Прекрасная Королева, которая больше всего на свете любила песни, свободу и полет и выступала защитницей права женщин на жизнь, закончила плохо и страшно. С другой стороны, тех, кто погиб (не менее плохо и, зная Мартина, уверены, что даже более страшно) во время Первой Дорнийской, жалко ничуть не меньше. И если бы Рейенис подожгла юг Вестероса и практически спалила Дорн ради свободы и полета а также феминистических идеалов. Так ведь нет - Прекрасная Королева обиделась, что ей не дали стать Великой Завоевательницей. Ведь даже не унижали - просто отказались смиренно падать к ее ногам.

Почему Рейенис потребовалась победоносная война неважно какого размера? Почему было не остаться в песнях Прекрасной Королевой, окруженной мужчинами певцами и не слишком нагруженной политикой, а в свободное от политики, песен и мужиков время летать на драконе сколько нравится? Или этот главный полет жизни до пределов и за пределы мира вовсе не был главным в ее жизни? Полет-то ведь, судя по описанию, есть путешествие в один конец. Такие предпринимают, чтобы красиво уйти из жизни в легенду. Причем чрезвычайно редко. Обычно подобные заявления, по счастью, всего лишь треп молодых и бессмертных, воображающих, как они красиво уходят в закат и вечную почтительную память людскую. Наивные. Они еще не в курсе, что смерть, точно по Шварцу в "Обыкновенном чуде", груба, грязна и приходит с чемоданчиком отвратительных инструментов.

Грубость, грязь и пыточный чемоданчик в судьбе Рейенис совершенно закономерны. Войну непростительно начинать потому, что ты хочешь самоутвердиться. Да, ты красивее старшей сестры, и работы у тебя заметно меньше, а мужчин, в том числе творческих, тебя воспевающих, заметно больше. Ну и радуйся. Или тебе надо быть еще и умнее и величественнее? А таблеток от жадности тебе не надо? Конечно, красота с годами проходит, а вот профессионализм, напротив, растет. Но Рейенис в 10 г. от Завоевания, а тем более раньше, до старости и кризиса стареющей красавицы далеко. Дивиденды со своего имиджа она могла бы стричь еще долго. Или это была зависть? Мне мало того, что я как женщина успешнее тебя, - я хочу быть успешнее тебя и как владычица? Оно, конечно, по-человечески понятно, но затевать из-за этого войну, на которой гибнут не воображаемые, а вполне конкретные люди, причем много, причем долго, причем страшно, - это надо считать себя сверхчеловеком.

А вот это уже непростительно.

На войну Рейенис напрашивалась долго и упорно. Что ж, она напросилась. Расплатилась ли за содеянное полностью - это уже вопрос между Рейенис и демиургом лордом Мартином богами. Хотя бы в святые не произвели, и то ладно.

Эйегон, впрочем, может, и произвел. Где-то здесь начинается их с Висеньей противофаза - ему на запад, ей в другую сторону, - когда брат с сестрой реально не могут долго находиться не то что в одной комнате, но в одной столице. При этом они скованы одной цепью, связаны одной целью, и друг от друга окончательно уйти не могут. С точки зрения Эйегона, виновата во всем, разумеется, Висенья. Если бы она поучаствовала в завоевании Дорна с самого начала, или хотя бы как следует вела завоевание потом, с Рейенис бы ничего такого не случилось. И с Орисом бы не случилось. И с самим Эйегоном бы не случилось. А так всем плохо и больно, и все потому, что Висенья сидела самая умная, вместо того, чтобы встать и поправить ошибки тех, кто пусть и не самый умный, но зато свой и родной. Глаза бы Эйегоновы ее, Висенью, не видели. И даже если Рейенис перед смертью Висенью простила (что вовсе не обязательно), Эйегон ее никогда не простит.

На самом деле это у Эйегона, разумеется, нескончаемое подспудное ощущение своей вины. А быть хронически виноватыми без малейшей возможности катарсиса люди не любят. Мужчины особенно. Тупиковая ситуация.

Висенье, бесспорно, есть что сказать по делу. Если бы Эйегон не поддержал идиотское стремление Рейенис самоутвердиться за счет небольшой победоносной войны, все вышло бы совсем иначе. Но - да, Висенья не смогла или не захотела остановить боевые действия. А потом уже все покатилось как снежный ком. И - да, Висенья не может не чувствовать себя виноватой, поскольку именно она отвечает за все. Но бесконечно отвечать за чужие ошибки утомляет, а быть хронически виноватыми в глазах тех, кто на самом деле начудил, а теперь жаждет перевалить с больной головы на здоровую, люди не любят. Политики особенно. Тупиковая ситуация.

Так что у Висеньи с Эйегоном совершенно классический пример разъезда без развода. Даже есть попытка раздела детей: Эйегон упорно таскает повсюду с собой Эйениса. Возможно, под соусом "стоит мне на пять секунд отвернуться, и эта ведьма убьет-отравит-засунет в печку на лопате и съест без соли Нашего С Рейенис Мальчика".

Ну и, наконец, про важное, а не личное Дорн.

Война, если она не короткая грабительская, есть штука крайне затратная и совершенно не выгодная. Первая Дорнийская может быть выгодной не для Дорна и не для Таргариенов, но лишь для третьей стороны, которая в боевых действиях не участвует, зато искусно наживается на происходящем.

Являются ли Мартеллы третьей стороной? Они-то, конечно, хотели бы. Пусть бы Таргариены и их лорды (одна сторона) воевали с партией Айронвудов (вторая сторона). А по результатам Мартеллы усилятся.

В тексте, однако, содержатся недвусмысленные намеки, что так не вышло. Таргариены не жгут замки Мартеллов, это правда; но, как мы уже говорили в предыдущих частях, союзникам Мартеллов от драконов достается. А уж когда Уллеры сбивают Мераксес, Мартеллы точно не смогут отсидеться в той хате, что с краю.

Тем не менее именно Мартеллы приезжают от имени Дорна на переговоры и остаются на первых позициях в Дорне после успешного заключения мира. То есть своего положения они не потеряли (хотя и королями среди выжженной пустоши стать не смогли). Это скорее плюс. Что до потерь первого семейства Дорна, то у нас слишком мало информации, чтобы их как следует оценить. Но вроде бы минусы не фатальны.

И то.

Есть, правда, момент, на который мы бы хотели в заключение обратить особое внимание общественности. Несомненно, на первом этапе своего плена Рейенис находится в руках Уллеров (а кого еще?). Несомненно также, что на последнем этапе, непосредственно перед прибытием на Драконий Камень, она у Мартеллов. Но когда она попала к Мартеллам? С 10 г., когда Рейенис официально погибла, до 13 г., когда Эйегон мчится навстречу любимой сестренке, прошло никак не менее двух лет (а скорее около трех). Срок не маленький, особенно для того, кто в каземате. Многое могло случиться.

Самое простое решение: Рейенис находилась в лапах Уллеров практически до конца войны. Но тут вдруг каким-то образом - совершенно не просматривается, каким, безграничный простор для беспочвенных фантазий, - Мартеллы узнают, кого вассалы держат в плену, приходят в ужас, отнимают пленницу, моют, кормят, лечат, консультируют у психиатра и по результатам начинают радостно договариваться с Таргариенами о личной встрече.

Да, но. Вот Уллеры бегают по стране, прячась от Таргариенов, которые жгут замки лордов, причем, как заботливо сообщает хроника, жгут не по одному разу. Где именно держат пленницу?

Пекло вроде сгорело еще при первом налете. Место, конечно, козырное, потому что вокруг пустыня, а здесь явно источник воды. Если бы замковый колодец высох, его хранители по примеру Шандистона переместились бы "в более влажную местность, бросив свое скромное жилище с колоннами и тройной аркой". В принципе Уллеры могут два-три года кружить вокруг своего разгромленного замка. После очередного налета они восстанавливают дом родной и ненадолго возвращаются в него, а в промежутках от пожара до конца ремонта колесят от одного резервного тайного оазиса к другому. В самом деле, логически рассуждая, не один же в тамошней округе колодец, иначе какой смысл строить замок в сердце безводной пустыни у одинокого источника? Лорды - это не кочевники-туареги, это те, кто имеет подданных и живет на какие-то средства, получаемые от этих самых подданных. Посему жизнь во владениях Уллеров, а сталбыть, и какие-то убежища вокруг Пекла определенно должны существовать.

Однако как же Рейенис - что, пленители ее с собой по пустыням таскают обрив для маскировки налысо и надев темные очки? Или эвакуировали в надежное место к союзникам? Или перебросили, как горячую картофелину, сюзеренам? Безграничный простор для беспочвенных фантазий.

Есть, однако, нюанс, который желательно иметь в виду при чтении будущих хроник Лорда М.: Рейенис как по волшебству объявляется именно в тот момент, когда в Дорне меняется правитель. Вот правила Мерия Мартелл, и у нее козыря в виде Рейенис не было. Хотя некая договоренность с Таргариенами, бесспорно, была (нетронутые замки, помним, да?). Но в 13 г. Мерия умирает, и вместо нее на престоле оказывается старый больной нерешительный принц Нимор. Который немедленно договаривается с Гаванью, отправляет туда дочь, и все заканчивается быстрым и прочным миром на весьма выгодных для Дорна условиях. Такое впечатление, что Нимор - вариант Дорана Мартелла, то есть старый-больной-тормозной исключительно как человек, но не как политик. Козырь-Рейенис он держит едва ли не в кармане и достает оттуда немедленно после смерти матери.

Конечно, иногда банан - всего лишь банан. Так получилось. А, может быть, Мерия по каким-то причинам была резко против мира с Таргариенами, и докладывать ей о Рейенис было бесполезно. А вот как только Нимор пришел к власти, Уллеры пришли к Нимору, и дальше их головы не полетели, а даже слегка наоборот.

Но, может быть, Рейенис была передана Мерии давно. А Мерия, которая по каким-то причинам против мира, упорно не соглашалась предъявить козырь. Пусть драконы еще немножко пожгут дорнийских лордов, а потом Мартеллы заключат мир и снимут сливки. Или, передавая сыну политическую жопу, мама предпочла отдать ему и путь для выхода из нее - ему же разгребать последствия. Нимор ведь после смерти матушки оказался в сложном положении (всех бомбят, а вас не бомбят?! опять коварные происки желающих поссорить нас драконов??! а может, хватит лапшу на уши вешать??!!) и, чтобы удержать в Дорне власть, дал стране хороший, качественный мир с сохранением коллективного дорнийского лица.

А может быть... но, пожалуй, дальше варианты считайте сами. Логические, не очень, совсем не логические и всякие художественноинтуитивные а также гадания на кофейной гуще. Мы откровенно говорим, что будем ждать дополнительной информации от Мартина. Как показывает опыт "Сынов дракона", таковая скорее всего появится. Как показывает весь опыт общения с Самим, картинка будет не цельной. Разбитый витраж придется складывать из горстки осколков, причем неполной, некоторые кусочки будут не от этой картинки, кое-какие окажутся фальшивыми, добавленными теми, кто пытался во времена королей картинку восстановить; плюс, конечно, много-много тонких намеков на толстые/тонкие/темные/но очень интригующие обстоятельства.

В общем, будет интересно.

Еще и потому, что (уж играть в реальность, так играть!) те, кто собирает осколки, то бишь историки, у Мартина - вовсе не безгрешны, ибо всего лишь люди.

*продолжение следует*
Tags: anna_y, c_a_r_i_e, Мир Льда и Огня
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments